?????
Мозговой натрийуретический пептид
Мозговой натрийуретический пептид
Работа выполнена при финансовой поддержке
Алексея Губарева и фонда Haxus
Алексей Ржешевский
Автор
Настя Егорова
Редактор (текст в процессе редактуры)
Короткий и увлекательный вводный текст

Коротко о главном
Тезисно основная информация,
обоснование — далее в тексте.
Что это
Белок, фермент (относится к семейству цинк- и кальций-зависимых эндопептидаз, к подгруппе желатиназ)
Другие названия
Желатиназа В или 92-кДа коллагеназа IV типа
Когда открыт
1974 год
Значение в организме
Разрушение межклеточного матрикса
Проблемы с ММП-9 указывают, могут стать причиной или просто коррелируют с
сердечно-сосудистыми заболеваниями, болезнью Альцгеймера, глаукомой и катарактой, диабетом 2-типа, фотостареним кожи.
Где и чем синтезируется
По всему организму многими типами клеток: нейтрофилами, макрофагами, фибробластами, лимфоцитами, остеокластами, тучными клетками, эндотелиальными и эпителиальными клетками и другими, а также клетками разных опухолей
"Место работы"
Внеклеточный белок, циркулирует в различных жидкостях организма
"Переключатели" синтеза
"Переключатели" секреции

Молекулярная масса
92 кДа
Есть ли в сыворотки крови?
Да, 156–220 нг/мл
Чем кодируется
Геном, расположенным на 20 хромосоме
Чем можно корректировать уровень ММП-9?
Селективными ингибиторами, например, ТИМП-1. Идет поиск!

N-терминальный промозговой натрийуретический пептид (NT-proBNP)
Натрийуретические пептиды представляют из себя сходное по структуре семейство пептидных гормонов. Они участвуют в регуляции объема крови, кровяного давления, водно-электролитного баланса организма и являются антагонистами ренин-ангиотензиновой и симпатико-адреналовой систем, т.е. препятствуют сужению сосудов и повышению кровяного давления.
Начало изучению этой группы гормонов было положено в середине прошлого века, когда стали высказываться предположения об эндокринной функции сердца. Тогда в клетках сердца морских свинок были обнаружены гранулы, аналогичные гранулам эндокринных желез, функция которых оставалась непонятной.
В начале 80-х было обнаружено, что расширение предсердий в сердце крысы влияет на количество выведения натрия с мочой — натрийурез. И вскоре, в 1984 году, был открыт первый натрийуретический пептид — А-типа (ANP). Через год группа французских исследователей описала его структуру и предполагаемые функции в статье с говорящим названием «Сердце — эндокринная железа» [1].
Вслед за этим, в 1988 году из экстракта головного мозга свиньи удалось выделить ещё один натрийуретический пептид — мозговой натрийуретический пептид (BNP) [2]. И хотя затем было открыто ещё два вида натрийуретических пептидов из этого же семейства, именно ко второму по времени открытия гормону, BNP, приковано сегодня большое внимание исследователей и клиницистов.
Под воздействием стимулов кардиомиоциты вначале синтезируют неактивную форму пептида, прогормон или предшественник, proBNP.
На следующем этапе при помощи специфической протеазы proBNP расщепляется на два фрагмента: физиологически активный С-концевой фрагмент (собственно, сам BNP) и неактивный N-концевой фрагмент (NT-proBNP), физиологическая роль которого остаётся неясной. И, что примечательно, сразу все три эти формы пептидов, proBNP, BNP и NT-proBNP, присутствуют в кровотоке.
Довольно быстро после открытия выяснилось, что уровень синтеза натрийуретических пептидов имеет прямую связь с нарушениями в работе сердца. Ещё в 1993 году учёные обнаружили увеличение содержания в крови N-концевого предсердного и мозгового натрийуретических пептидов при дисфункции левого желудочка сердца, когда ещё никаких симптомов больными не наблюдалось [3].
Когда исследователям стало очевидно, что синтез BNP напрямую связан с работой сердца, возникло логичное предположение, что уровень этого пептида в крови можно использовать в клинической практике в качестве биомаркера для определения отклонений в работе сердца.
Заметное увеличение уровней синтеза BNP при возникновении сердечной недостаточности связано с физиологической ролью этого пептида, направленной на смягчение последствий при нарушениях в работе сердца.
Так, описано, что повышенная секреция BNP при сердечной недостаточности препятствует сужению сосудов почек, уменьшает объем внеклеточной жидкости и натрия, понижает общую нагрузку на сердце, препятствует патологическим изменениям в миокарде, уменьшает склеротические процессы в сердечно-сосудистой системе и почках, улучшает эндотелиальную функцию и оказывает антиишемический эффект [4].
Сегодня более оптимальным в качестве биомаркера в силу своих особенностей признан не сам активный пептид, а его неактивный N-концевой фрагмент (NT-proBNP). И связано это с тем, что период полувыведения NТ-рroBNP составляет 60–120 минут, тогда как BNP выводится из кровотока в несколько раз быстрее, всего за 20 минут. К тому же, концентрация NT-proBNP, в отличие от BNP, не подвержена циркадным ритмам и не зависит от суточных колебаний.
Также NT-proBNP более стабилен in vitro (то есть вне организма в лаборатории) по сравнению с BNP, ферментативное разрушение которого продолжается и после взятия образца. Всё это вместе с более высокими концентрациями в крови NТ-рroBNP (из-за большего молекулярного веса), даёт возможность лабораториям увереннее детектировать NT-proBNP. И затем использовать его уровни в диагностике ранних стадий нарушений функции миокарда и диастолических дисфункций.
Начиная с середины 2000-х годов был проведён целый ряд исследований, показавших большую достоверность NT-proBNP в качестве биомаркера при определении и прогнозировании сердечно-сосудистых заболеваний и риска смертности в целом.
Так, американские учёные в ходе Фремингемского исследования (Framingham Offspring Study), провели пятилетнее наблюдение за 3 346 людьми среднего возраста без сердечно-сосудистых заболеваний. В самом начале исследования всем участникам был сделан анализ на уровень содержания BNP и NT-proBNP. Результаты этого исследования показали, что уровень мозгового натрийуретического пептида и его неактивного концевого фрагмента оказался независимым фактором, предсказывающим риск смерти, сердечной недостаточности, мерцательной аритмии и инсульта [5].
В 2017 году были опубликованы результаты масштабного метаанализа 11 исследований, в которых в период с 2005 по 2016 год участвовало 25 715 человек, жителей Европы, Азии и США. Результаты метаанализа показали, что повышенные концентрации NT-proBNP определённо связаны не только с развитием сердечно-сосудистых патологий, но и повышенным риском общей смертности среди населения в целом [6]. То есть, если даже сердечная патология пока не обнаружена, а уровень NT-proBNP повышен, это — уже тревожный сигнал и серьёзный повод задуматься о здоровье.
В 2018 году шведские учёные опубликовали данные ещё одного исследования, длившегося 21 год, в котором оценивалась прогностическая ценность нескольких биомаркеров при развитии сердечной недостаточности. И в этом исследовании наиболее эффективным маркером вместе с С-реактивным белком показал себя NT-proBNP [7].
Также сегодня известно, что пептид BNP и его неактивный фрагмент продуцируется не только в сердце, как считалось ранее, но и в головном мозге. В 2015 году российские нейрохирурги провели исследование, показавшее, что уровень NT-proBNP может выступать надёжным биомаркером повреждений головного мозга, позволяя более достоверно оценивать прогноз течения и исход заболевания [8].
Все эти данные делают N-терминальный промозговой натрийуретический пептид, NT-proBNP, одним из самых надёжных и основных биомаркеров при мониторинге состояния здоровья человека.
До настоящего времени нет единой точки зрения об уровнях BNP и NT-proBNP, характеризующих наличие или отсутствие сердечных отклонений. И фирмы-производители наборов для определения NUP дают разные референсные значения.
Наиболее оптимальным нормальным показателем для NT-proBNP, исключающим с высокой вероятностью нарушения функции сердца, можно считать его уровень ниже 125 пг/мл. Такие показатели озвучены в национальных рекомендациях Общероссийской общественной организацией «Общество специалистов по сердечной недостаточности» [9].
Список литературы
  1. Cantin M, Genest J. The heart, an endocrine gland. Ann Endocrinol (Paris). 1985; 46(4-5). 219-28.
  2. Sudoh T., Kangawa K., Minamino N., Matsuo H. A new natriuretic peptide in porcine brain. Nature. 1988; 332. 78–81
  3. Motwani J., McAlpine H., Kennedy N. et al. Plasma brain natriuretic peptide as an indicator for angiotensin-converting-enzyme inhibition after myocardial infarction. Lancet. 1993; 341. 1109–1113.
  4. Андрюхин А.Н, Фролова Е.В. Клиническое значение определения натрийуретических пептидов при сердечной недостаточности. Российский семейный врач. 2008. Том 12, № 4. С. 24-35
  5. Wang T, Larson M, Levy D et al. Plasma natriuretic peptide levels and the risk of cardiovascular events and death. New Engl J Med. 2004. № 350. P. 655-663.
  6. Zhaohua Geng, Lan Huang, Mingbao Song and Yaoming Song N-terminal pro-brain natriuretic peptide and cardiovascular or all-cause mortality in the general population: A meta-analysis. Sci Rep. 2017; 7: 41504.
  7. Ergatoudes C, Thunström E, Hansson PO, Morales D, Mandalenakis Z, Rosengren A, Zhong Y, Caidahl K, Fu M. Natriuretic and inflammatory biomarkers as risk predictors of heart failure in middle-aged men from the general population: A 21-year follow-up. J Card Fail. 2018 Jul 23. pii: S1071-9164(18)30311-7.
  8. Ценципер Л. М., Кондратьев А.Н., Дрягина Н.В. N-терминальный промозговой натрийуретический пептид - биомаркер острого повреждения головного мозга. Анестезиология и реаниматология. 2015. №4, с. 24-27
  9. Мареев В.Ю., Агеев Ф.Т., Арутюнов Г.П., Коротеев А.В и др. Национальные рекомендации ОССН, РКО и РНМОТ по диагностике и лечению ХСН (четвертый пересмотр). Сердечная недостаточность. 2013;14(7):379-472.
comments powered by HyperComments